Всерьёз, кому нужны слова,

слова из лагерной тетради.

Они как рябь, а рябь едва

ли к месту на житейской глади.

Ну, разве, что издалека

и, скажем так, от нефиг делать,

смотреть — как дикая строка

упорно рвётся за пределы

судьбой дозволенного ей

листа тетрадного в решётку

сквозь сотни, тысячи ночей...

и озирается на плётку.

А может, чтобы рёк сосед,

доев перловку с комбижиром:

слова — свидетели бесед

о вольной жизни с конвоиром.

Всё так, конечно. Но внахлёст

тоски наигранно-бумажной

я расставляю знаки звёзд

для самого себя, ведь каждой

строкой нащупывая пульс

великих замыслов Господних,

во всём угадываю вкус

и стойкий запах подворотни.